Многие помнят то ощущение внезапности великой беды, навалив-шееся на людей 22 июня 1941 года. Известие о войне вызвало в деревне своеобразный массовый шок. "В первые дни войны все как-то растеря-лись", – вспоминает старая крестьянка.
Эмоционально, слезами, словно неотвратимое стихийное бедствие встречали весть о войне очень многие. "Мы работали в поле. Видим, му-жики на лошади едут. Кто песни поет, а кто и ревет. Думаем – что же такое случилось… А когда и нам сказали, что война началась, то и сами зареве-ли". (А.Б. Лошакова, 1909)
Мужиков на селе забрали на войну почти всех уже в первые месяцы. Остались женщины, дети и старики. Анастасия Васильевна Утёмова (1916) вспоминает: "Всех мужиков у нас забрали. Остались в селе три старика, подростки да бабы. Провожали всем селом. Повестки мужикам приходили. Работать-то мы все равно работали. Утром за нарядами на работу к конторе колхозной ходили, там и узнавали, кого следующего на войну забирают. Постепенно всех и забрали".
Солдат в окопе
На передовой были совершенно иные взаимоотношения между людьми. Многие искали общения друг с другом. Очень часто встречаются такие высказывания: "На фронте все друзья один другому, рады вместе хоть с кем поговорить, все же не один. Трудно одному и поэтому искали общения друг с другом". Голод свирепствовал не только в тылу, испытали его на себе и многие солдаты. Владимир Васильевич Куклин (1925) вспо-минает: "Запомнилось, как пришедши по болезни из армии мой брат (1918 г. рождения) учил нас резать хлеб на "двурушники" и "однорушники". Это вызывало смех и досаду. У взявшего в руки кусочек "двурушника", он об-ламывался и падал на пол, так тонко он был нарезан". Фронтовой быт – те-ма важнейшая, по сути дела еще не исследован. А между тем реалии его не отражены ни в каких документах, они сохранились только в памяти солдат. Что ели наши солдаты? как одевались? Где мылись? Эти вопросы все не мелкие и не частные. Из этого состояла жизнь солдатская. Вдобавок очень быстро менялись условия жизни: холод и голод вдруг ненадолго сменялись изобилием и теплом. Смерть была рядом и ощущение временности всего происходящего превалировало.
"самые тяжелые дни на фронте, это когда находишься в окружении. Думаешь, выберешься или нет… Да еще голодный. Одно было тяжелое для дивизии время. Это апрель 42 года. Дивизия была отрезана, отрезана от своих, от тыла. И это продолжалось 15 дней. Было это под старой Руссой. Жили в землянке. Выйдешь – снег, грязь. Уже вторую неделю не дают про-дуктов. Немец днем бомбит, ночью обстреливают.
Похожие статьи