Легендарный А. Мильспо. глава двух американских финансовых миссий в Иране (1922-1927 и 1943-1945 гг.), как никто из американцев знавший Иран, был согласен с этой оценкой: «До Второй мировой войны земля Льва и Солнца лежала за политическим горизонтом и почти вне границ познания Соединенных Штатов»3. Один из известных исследователей истории Среднего Востока в годы Второй мировой войны Дж. Кирк писал: «Прежние интересы Соединенных Штатов на Среднем Востоке, их образовательные и миссионерские учреждения к началу войны косили неполитический характер…»4. Подобные цитаты можно продолжить. Большинство иностранных и советских (российских) исследователей американо-иранских отношений согласны с выводом о том, что накануне войны Иран находился вне зоны политических интересов США5.
Можно указать несколько причин такого положения дел. Во-первых, традиционное пребывание Ирана в сфере влияния России (СССР) и Великобритании. Во-вторых, отсутствие общих политических интересов, а также разные дипломатические «весовые категории» и статусы США и Ирана в международных отношениях. Не способствовали взаимодействию и различия в их позициях по отношению к Лиге Наций, в которую Иран вступил с момента ее создания. В-третьих, преграда в виде концептуальных оснований внешней политики двух стран. Во внешней политике США длительное время присутствовал изоляционизм, правовую базу которого с 1935 г. составляло законодательство о нейтралитете6. Иран же в своей политике стремился сбалансировать интересы СССР и Великобритании и опереться на «третью силу» – страну, которая послужила бы противовесом советско-английского влияния и помогла Ирану получить независимость. И если США относили Иран к сфере влияния Великобритании, то большая часть иранской правительственной администрации во главе с шахом в качестве противовеса и «третьей силы» рассматривали фашистскую Германию7.
Loading ...