В начале слова перед [и] и [е] артикулируется протетический [j]: йх, йив, йим, йта, йтът, Йил’ц. В флексиях местоимений и прилагательных и некоторых существительных [j] встречается эпентетически: харшийа, так’йи, ты´с’ич’ныйи, стыйи, ванныйи, д’ипр’с’с’ийи, накладны´йи. Также [j] отмечаем в позиции перед постпозитивной частицей в местоимениях хтй тъ, д’й тъ, кудй тъ, кадй тъ, штй тъ (кто то, где то, куда то, когда то, что то).
Фонемы /л/ и /л’/ репрезентируются твёрдым и мягким латеральными согласными. Вибранты /р/ и /р’/ произносятся как соответствующие согласные литературного языка.
Твёрдые шипящие реализуются в соответствии с фонемами /ж/ и /ш/: т’ижлый, пр’ихаж, жын, ръзружт’, вшъй, пашл, харшый. В отдельных случаях отмечено смягчение: инж’ин’ръм, в’ш’ен’н’ик (вишня), р’ш’т’е (режьте).
Фонема /с/ в слове шестнадцать реализуется как [ш]: шышнцът’. В слове отсюда она артикулируется как свистящая аффриката: атцда.
Мягкий щелевой согласный произносится в соответствии с /ш’/ в большинстве случаев долго: ш’ш’с, я´ш’ш’ик, таш’ш’, йиш’ш’. В одном случае вместо долгого звука [ш’ш’] зафиксировано [тч]: пътч’итй (подсчитай).
Аффриката /ч/ произносится мягко: акн’ч’илъ, ч’ьтырнъцът’, тч’ку. Слово что произносится вариативно шт – ш – шш (что же).
Звучание твёрдой аффрикаты /ц/ в большинстве слов совпадает с литературной нормой: ацц, плт’йицы, тр’цът’.
Фонетический портрет Валентины Ивановны представляет собой некодифицированную речь. Устойчивость диалекта высока даже на фонетическом уровне. Язык Валентины Ивановны в целом адекватен её социальному статусу, он вполне вписывается в тот узус, которым владеет её окружение. В своей речи она реализует те особенности, которые присущи данному диалектному идиому. Вместе с тем, сравнение явлений вокализма и консонантизма с системами литературного языка свидетельствует о тенденции к их сближению. В большей степени это проявляется в вокализме. Ещё одна особенность речи информанта заключается в том, что в произнесении ряда фонем наблюдается вариативность. Давно известен тот факт, что спонтанная речь характеризуется высокой степенью вариативности, поскольку все закономерности в ней носят не регулярный, а вероятностный характер [Касаткин, Касаткина и др. 1999:8]. Причины этого явления могут быть разные: сосуществование с другими системами (в первую очередь, с системой литературного языка, а также с другими диалектами), индивидуальные особенности речи диалектоносителя и др. Это свидетельствует о динамичности языковой системы и её способности изменяться. В свою очередь, «… все изменения (или почти все) в русском произношении XVIII–XX вв. обусловлены требованием сохранить в языке status quo: та информация, которую несут звуковые единицы в речевом потоке, должна быть близка к уровню необходимой (в данную эпоху, исходя из традиционных навыков общения) звуковой произносительной информации. Меняется требуемый уровень – меняется произношение: оно ищет близости к меняющемуся уровню. Быть непрестанно изменчивым, чтобы сохранить постоянство, – в этом смысл исторической подвижности языка» [Панов 2002:447].
Литература
1. Панов, М. В. История русского литературного произношения XVIII–XX вв. [Текст] / М. В. Панов. – М.: УРРС, 2002. – 455 с.
2. Современный русский язык: Социальная и функциональная дифференциация [Текст] / Рос. Академия наук. Ин т русского языка им. В. В. Виноградова. – М.: Языки славянской культуры, 2003. – 568 с.
3. Иванцова, Е. В. Феномен диалектной языковой личности. АДД [Текст] / Е. В. Иванцова. – Томск, 2002. – 47 с.
4. Захарова, К. Ф. Диалектное членение русского языка [Текст] / К. Ф. Захарова, О. Г. Орлова. – М.: УРРС, 2004. – 176 с.
5. Волкова, Н. А. Фонетика курских говоров в истории и современном состоянии. АДД [Текст] / Н. А. Волкова. – М., 2004. – 42 с.
6. Русские народные говоры. Звучащая хрестоматия. Южнорусское наречие [Текст] / под ред. Р. Ф. Касаткиной. – М.: Наука, 1999. – 207 с.
Loading ...